ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Все будет хорошо, или Свободный плен

Сначала как то не зацепил,читала долго. Но прочитав весь,скажу "Достойно! Как в жизни,жизненно... >>>>>

Село не люди

Рома уебан, во >>>>>

Полночная Радуга

Понравился роман, люблю приключения. Сюжет интересный, герои адекватные. Единственный вопрос возник: что у неё... >>>>>

Женщина на одну ночь

Все невероятно красивые, мужчина нежный и невероятно богатый... Сопливая история очередной Золушки. Герои понравились,... >>>>>

Звезды в твоих глазах

Так себе. Героиня вначале держалась хорошо, боролась, противостояла, а потом пошло-поехало.... Под конец ещё чего-то... >>>>>




  108  

Грейс покачала головой — какой он все-таки упрямец.

— Ладно. Решать тебе. Кеннеди промолчал.

— Что ж… как насчет стаканчика вина?

— С удовольствием.

Грейс отвела гостя в кухню, где достала из шкафчика бутылку мерло. Не успела она вытащить пробку, как Кеннеди взял ее за руки.

— Что случилось? — спросил он, рассматривая порезы на ладонях и пальцах, оставшиеся после разгрома конторы преподобного.

Она пожала плечами:

— Ничего особенного, просто проявила излишнее усердие в саду.

Его пальцы медленно и нежно поглаживали ее запястья, и в какой-то момент Грейс поймала себя на том, что до боли хочет прикоснуться к нему. Желание уже вовсю бушевало в крови. Она представила, что сидит на нем, вглядывается в его лицо, ощущает его живое тепло внутри себя.

Только сейчас, в тридцать один год, она впервые жаждала физической близости и испытывала странное, непривычное, пьяняще-томительное волнение.

Их пальцы сплелись.

— Грейс…

Его глухой голос отозвался в ней дрожью невидимых струн.

— Что?

— Знаю, ты не хочешь говорить об этом, но… Она замерла, напряженно ожидая продолжения.

— Мне нужно знать, что произошло в ту ночь, когда исчез Ли Баркер. Прежде чем наши отношения пойдут дальше…

Грейс высвободила руки. Отвернулась.

— Хочешь знать, что произошло? Я уже говорила. И тебе, и другим. Ничего не произошло. Преподобный… просто пропал. Исчез.

Он посмотрел с нее с каким-то странным, несчастным выражением:

— Я бы очень хотел тебе поверить. Правда. Но ведь мы оба знаем, что это неправда. И Библия, которую я нашел у тебя, еще одно тому подтверждение.

Грейс молчала. Молчала, потому что не знала, как себя повести. Конечно, ей хотелось быть откровенной и искренней с ним, но открыться она не могла. Кто знает, что там, в будущем. Может быть, завтра или через год его отношение к ней изменится.

— У меня нет для тебя другой правды. Эта — единственная.

— Пойми, мне нужно думать о сыновьях и о родителях. Мне нужно защищать их от неприятностей, — объяснил Кеннеди. — Я не смогу встречаться с тобой, если не буду точно знать, чего следует ожидать, к чему готовиться.

Внутри у нее все как будто заледенело. О чем она только думала? На что рассчитывала? То, что его мать попросила ее остаться в городе, чтобы присматривать за детьми, вовсе не означало, что между ними исчезли все преграды. Нет, все осталось по-прежнему, без перемен. И конечно, Кеннеди прав. Их отношения чреваты слишком большим риском. И для нее, и для него.

— Понимаю. — Словно закрываясь, Грейс сложила руки на груди. Каждый раз, когда она позволяла себе отворить сердце надежде, черная тень прошлого тянулась к ней, словно рука отчима из могилы. И вот очередная глупость. Как только ей взбрело в голову, что от него можно уйти, тем более здесь, в Стилуотере. — Я… — Она отодвинула в сторону вино. — Я испекла булочки с корицей для мальчиков. Захвати с собой, ладно? Они хороши для завтрака.

— Прекрати.

— Что прекратить? — отрывисто бросила Грейс, чувствуя, как внезапную пустоту в душе заполняет, выдавливая остатки счастья, радости и оптимизма, злость.

— Не отгораживайся от меня, черт возьми. Не уходи в себя.

— Что тебе от меня нужно?

Он схватил ее за локти и притянул к себе.

— Доверься мне, — прошептал Кеннеди и уже в следующее мгновение приник к ее губам горячим ртом.

Ей так недоставало этого, вкуса его поцелуя. И вот он вдруг вернулся, он здесь и дает ей то, чего она хотела, без чего мучилась. Обхватив его за шею, Грейс вернула поцелуй со страстью, которой не испытывала еще ни к одному мужчине.

— Ты можешь довериться мне? Пожалуйста.

Она не знала ответа. Вихрь эмоций захватил ее и завертел. Кеннеди уже стаскивал топ, и она пыталась ему помочь, с замиранием сердца ожидая, когда же внутри похолодеет и ей нестерпимо захочется остановить его. Но этот момент не приходил. Кеннеди целовал ее, трогал, ласкал и шептал что-то на ухо, а она чувствовала только тепло. Как будто сама судьба определила, что ее место в его объятиях.

— Расскажи мне, что случилось с преподобным, — повторил он, поднимая на ладонях ее груди и покрывая их горячими поцелуями.

Думай, приказала себе Грейс. Но думать не было сил, как не было сил делать что-либо, что могло остановить проходящий через нее ток возбуждения. Желание поглощало — ей хотелось больше и больше: больше его вкуса, его запаха, его ласк. Желание заставляло забыть об осторожности, хотя бы раз вырваться из ее тисков.

  108